К 105-летию со дня рождения Василия Рыбалко – о боевых подвигах военного штурмана

На воспоминания об одном из самых известных фронтовиков района подтолкнули подшивки районки прошлых лет. Ветеран не только делился с корреспондентами «СН» историями о Великой Отечественной войне, но и сам писал заметки.

«Большой вальс» в Вене

Василий Леонтьевич Рыбалко родился в 1921 году в станице Кирпильской. После средней школы по путевке Усть-Лабинского РК ВЛКСМ в январе 1941-го поступил в военно-авиационную школу штурманов, которую окончил в конце 1942-го, а с мая 1943-го в составе действующей армии – до конца войны. Штурманом на бомбардировщике совершил 185 боевых вылетов. Участвовал в овобождении Кубани, Украины, Молдавии, Румынии, Югославии, Венгрии и Австрии. Воевал в составе 283-го отдельного смешанного полка 96-го отдельного корректировочно-разведывательного авиационного полка и 449-го ночного Нижнеднестровского ордена Суворова бомбардировочного авиационного полка 244-й бомбардировочной авиадивизии 17-й Воздушной Армии 3-го Украинского фронта.

Войну закончил в Австрии старшим лейтенантом авиационного звена. Награжден орденами Отечественной войны I и II степени, двумя орденами Красной Звезды и множеством медалей.

В архивном отделе администрации района сегодня бережно хранятся копии трех фронтовых писем ветерана (подлинники – в музее кирпильской школы № 11). Кстати, именно Василий Рыбалко инициировал его создание в 1980-х. Все письма адресованы учительнице русского языка Анне Константиновне Виргильевой. В аккуратно выведенных рукой бывшего выпускника посланиях – теплые воспоминания о школьных годах и товарищах, рассказы о фронтовой жизни и твердая уверенность в Победе.

– Прошло четыре года, как я переступил порог в жизнь. Это не очень большой срок, но как я за это время изменился, - пишет молодой фронтовик в письме из Венгрии от 15 декабря 1944-го. – Я прошел суровую военную школу. Мечта, которую я лелеял еще в школе, сбылась. Я стал сталинским соколом, воюю в воздухе. Моя фронтовая жизнь проходит хорошо. Летаю, бомблю немцев и венгров. Приходится иной раз трудно, но мы, военные люди, привычный народ ко всему.

Во втором письме от 20 марта 1945 года (тоже из Венгрии) Василий сообщает о круглосуточных ожесточенных боях на 3-м Украинском фронте.

– Гул не смолкает как на земле, так и в воздухе. В сутки делаешь по несколько боевых вылетов. Враг, видя свою гибель, жестоко сопротивляется, боится удара с юга. Но не впервые с ним нам встречаться, – рассказывает уроженец Кирпильской. – В школе когда-то только по рассказам учителей представлял иностранные государства. А теперь пришлось побывать в Румынии, Болгарии, Югославии, Венгрии. И недалеко это время, когда буду в Германии.

И вот уже Победа совсем близка. В следующем письме из Австрии от 15 апреля радость так и переполняет автора. Рыбалко пишет: «Пятая столица иностранного государства на юге пала. После Бухареста, Софии, Белграда и Будапешта Вена, знаменитая своими вальсами, лесом, театром, взята нами».

Опасное задание

После войны судьба разбросала однополчан 449-го авиационного полка по разным уголкам страны. Но фронтовая дружба продолжалась в послевоенных встречах. Фронтовыми воспоминаниями он делился с земляками на страницах районки. Статьи бывшего военного штурмана регулярно появлялись в «Сельской нови». Одним из заданий, навсегда оставшимся в памяти кирпильца, стал приказ о нанесении авиаполком бомбового удара по железнодорожной станции Ниш в сентябре 1944 года. Воздушная разведка установила, что там скопились эшелоны противника с войсками и боевой техникой. Станция была расположена в узком ущелье, между двумя вершинами гор высотой 2 000 метров, и прикрывалась 20 защитными батареями противника.

– Полет предстоял опасный. Он должен был выполняться в плохих метеорологических условиях под облаками вдоль ущелья и без сопровождения истребителей, – вспоминал ветеран авиаполка. – Были отобраны 16 лучших экипажей. Решили нанести удар двумя группами одновременно. Идти вначале на малой высоте, перед самой целью резким маневром набрать безопасную высоту, а после сбрасывания бомб вновь уйти со снижением. И вот идем к цели. Не ожидая налета советских бомбардировщиков в такую погоду, немцы запоздали с открытием огня, и в расчете первых выстрелов зенитчики ошиблись. Снаряды ухали где-то метров на 400-500 выше самолетов. А станция видна уже невооруженным глазом. Вся она забита эшелонами. Стокилограммовые бомбы длинной цепочкой потянулись к земле. Зарево огня и огромные клубы дыма опоясали цель. Удар получился на редкость метким. После приземления многие техники и механики ахали и охали: почти каждый самолет имел пробоины, но все вернулись на базу. В результате успешно проведенной воздушной операции движение на основных железнодорожных магистралях Югославии было приостановлено.

После окончания войны Василий продолжал служить в ВВС. Заочно обучался на авиационном факультете военно-политической академии имени В. И. Ленина. Освоил несколько видов самолетов, налетал 2 542 часа, из них более половины на реактивных бомбардировщиках. В сентябре 1958 года майор Рыбалко ушел с летной службы по состоянию здоровья. Но не таков был Василий Леонтьевич, чтобы сидеть без дела. В декабре 1959-го устроился в Усть-Лабинский райвоенкомат. С 1976-го работал начальником инспекции исправительных работ Усть-Лабинского РОВД, затем – инспектором по кадрам отдела вневедомственной охраны ОВД Усть-Лабинского райисполкома. Не жалея сил и времени, майор запаса передавал свой богатый жизненный опыт молодым сотрудникам. Долгое время возглавлял районный Совет ветеранов. До последних дней жизни Василий Леонтьевич был частым гостем в школах, в том числе и родной кирпильской, подавая ребятам пример стойкости и неиссякаемой любви к Родине.